<!-- wp:paragraph -->
<p>Шпионские страсти кипят не только вокруг новейших систем вооружения и разработок промышленного оборудования. Нефтегазовая отрасль тоже сталкивается с подобным явлением. За крупнейшими <a href="https://thompson.justwebagency.com/stalpartnerold/catalog/rezervuary-dlya-nefteproduktov/">резервуарами для нефтепродуктов</a> следят из космоса, с помощью всевозможных датчиков, и в киберпространстве. Почему мишенью стали именно РВС нефтехранилища в Кушинге?</p>
<!-- /wp:paragraph -->

<!-- wp:heading -->
<h2>Для чего нужна слежка за РВС Кушинга</h2>
<!-- /wp:heading -->

<!-- wp:paragraph -->
<p>Основной мишенью для шпионов сегодня является нефтебаза в Кушинге. Это неудивительно, ведь она вмещает около 10% от общего объема «черного золота», находящегося в США. От наполненности его вертикальных резервуаров зависят биржевые котировки сорта WTI. Такая информация очень ценна для трейдеров по всему миру — ведь от нее зависит их заработок. Тот, кто получит ее первым, будет в максимальном выигрыше.&nbsp;</p>
<!-- /wp:paragraph -->

<!-- wp:paragraph -->
<p>Финансовые компании пытаются всеми правдами и неправдами узнать, насколько заполнены РВС Кушинга. Для этого используются все средства, какие только можно — от спутниковой съемки до сверхчувствительных инфракрасных и электромагнитных датчиков.&nbsp;</p>
<!-- /wp:paragraph -->

<!-- wp:heading -->
<h2>Спутниковое слежение</h2>
<!-- /wp:heading -->

<!-- wp:paragraph -->
<p>Спутниковая съемка — традиционный метод слежения за Кушингом и другими крупными нефтебазами. Для этого информационные агентства и финансовые компании арендуют спутники, позволяющие сделать качественные фотографии объекта. Около 75% вертикальных резервуаров оснащено плавающими крышами, что существенно упрощает задачу по определению их наполненности. Ее уровень рассчитывается по площади тени, которую эти крыши отбрасывают на стенки емкости. Процесс полностью автоматизирован — все вычисления делает специальная программа.&nbsp;</p>
<!-- /wp:paragraph -->

<!-- wp:heading -->
<h2>Инфракрасная съемка</h2>
<!-- /wp:heading -->

<!-- wp:paragraph -->
<p>Инфракрасные камеры используются для съемки РВС со стационарными крышами. Он основан на определении разницы температур между металлом, контактирующим с нефтью, и воздухом. Второй нагревается сильнее, и эта граница хорошо видна на снимках в ИК-диапазоне. Таким образом можно определить, наполнен ли РВС и до какой степени. Инфракрасные снимки делают с помощью беспилотных летательных аппаратов или спутника. Точный объем вычисляется аналогично предыдущему методу — с помощью специализированного ПО.&nbsp;</p>
<!-- /wp:paragraph -->

<!-- wp:paragraph -->
<p>Этот способ считается более информативным, потому что он не зависит от типа крыши вертикального резервуара. При этом ИК-съемка применяется не только для вычисления объема сырой нефти, но и ее производных: дистиллятов, мазута, авиационного топлива.&nbsp;</p>
<!-- /wp:paragraph -->

<!-- wp:paragraph -->
<p>Метод всем хорош, но он не всегда применим. Например, для подземных хранилищ, глубина залегания которых достигает 150 метров, приходится искать другие способы.&nbsp;</p>
<!-- /wp:paragraph -->

<!-- wp:heading -->
<h2>Электромагнитные датчики для РВС</h2>
<!-- /wp:heading -->

<!-- wp:paragraph -->
<p>Некоторые компании кроме ИК-датчиков используют электромагнитные устройства, которые устанавливается на ЛЭП. Они фиксируют изменение нагрузки на линию и уровень потребления электроэнергии. То есть, определяют время включения нефтяных насосов и длительность их работы. Имея эти данные, можно вычислить объем перекачиваемого продукта.&nbsp;</p>
<!-- /wp:paragraph -->

<!-- wp:paragraph -->
<p>Электромагнитные датчики хороши для определения объема нефти в подземных хранилищах. Их используют не только для слежки за Кушингом — нефтяной порт Луизианы и РВС французского нефтехранилище в Маноске тоже подвергаются шпионским атакам. Эти хабы как раз подземные и сенсоры, установленные на силовых линиях — один из немногих методов, позволяющих узнать сколько продукта в них хранится.&nbsp;</p>
<!-- /wp:paragraph -->

<!-- wp:heading -->
<h2>Кибератаки</h2>
<!-- /wp:heading -->

<!-- wp:paragraph -->
<p>Хакеры — одни из наиболее активных участников подобных информационных атак. Взламывая серверы нефтяных компаний, они могут получить информацию о количестве хранимого продукта в хабе, планах биржевых торгов, личные данные сотрудников и другие важные сведения. Так в 2011 году китайские хакеры умудрились взломать сервера 11 организаций, связанных с хранением нефтепродуктов. Названия и точный список организаций не разглашаются до сих пор.&nbsp;</p>
<!-- /wp:paragraph -->

<!-- wp:paragraph -->
<p>Подобный инцидент говорит о том, что большинство нефтегазовых компаний находятся в зоне повышенного риска. Сначала пандемии covid-19 количество хакерских атак в этой отрасли увеличилось на 33%!</p>
<!-- /wp:paragraph -->

<!-- wp:paragraph -->
<p>Что касается России, то здесь кибершпионаж — основной источник информации. Из-за отсутствия больших нефтехранилищ со спутника фотографировать особо нечего, ИК-съемка и электромагнитные датчики тоже не дадут полной картины. Остается устраивать диверсии в киберпространстве, отыскивая лазейки в системах защиты компаний.&nbsp;</p>
<!-- /wp:paragraph -->

<!-- wp:paragraph -->
<p>Можно сказать, что российские РВС для нефтепродуктов —&nbsp;в отличие от тех, что установлены в Кушинге —&nbsp;находятся в безопасности.&nbsp;</p>
<!-- /wp:paragraph -->

<!-- wp:paragraph -->
<p>При этом по оценкам экспертов, тема безопасности данных будет становится все более актуальной в условиях кризиса, а противостояние промышленного шпионажа и нефтегазовых корпораций будет вечным.</p>
<!-- /wp:paragraph -->